Я являюсь матерью Кочурова Ильи Станиславовича, участника СВО, имеющего государственные награды за воинскую доблесть, а так же со вчерашнего дня на основании Соглашения об оказании юридической помощи — его защитником.
Илья 25.01.2024 года в 12 час. 00 мин. был задержан сотрудниками военной комендатуры Иркутского гарнизона.
Важным моментом в этой истории является то, что сын болен, нуждается в уходе и лечении, является нетранспортабельным, передвигается на костылях в связи с тем, что в декабре 2023 года ему была проведена 7-часовая операция в связи со сложным переломом большой и малой берцовой костей со множественными отломками. Травму он получил, находясь в отпуске. Он ежедневно принимает лекарственные препараты, ему проводится ежедневная обработка спиц аппарата Илизарова, а так же ЛФК для предотвращения тромбоза глубоких вен.
Вчера днём мне позвонила его жена, в присутствии которой он был задержан, и сказала, что Илью после задержания должны были доставить на ст. Белая Усольского района Иркутской области.
В 15 часов 25 января 2024 г. я прибыла по месту задержания сына и лишь спустя 30 минут, которые я провела на улице при погоде минус 25, меня пропустили. К сыну меня изначально не допустили, со мной общался начальник отдела дознания. Он уведомил, что Илью никто не собирается отправлять на ст. Белая, а планируют направить в окружной военный госпиталь для стационарного лечения.
При этом, сын при задержании довёл до сведения Протасова, что в госпитале он был 25 января (в тот же день) с утра. Я сказала, что сама лично отвезу сына в госпиталь и мы в 16 часов направились туда с сопровождающим.
Поднявшись на второй этаж, мы от врача (фамилию его я пока не знаю) узнали, что ни о какой госпитализации речи вообще идти не может, никаких договорённостей об этом с военной комендатурой не было и что он не понимает, для чего Илью направили снова к нему, при условии, что с утра он его уже осматривал.
Доктор сказал, что Илье нужно обратиться в рабочий день с утра в регистратуру поликлиники госпиталя для оформления амбулаторной карты и начинать проходить военно-врачебную комиссию, так как минимум в ближайшие 4 месяца с такой травмой он не годен к службе.
Мы пошли к нашей машине и увидели, что у ворот стоит автомашина военной комендатуры, водитель которой сказал, что ему приказано доставить сына в комендатуру для получения предписания о явке в в\ч 35020 п.Степной Усольского района Иркутской области (в просторечии — Белая для пребывания там на время проведения доследственной проверки и иных процессуальных действий. Так же водитель сказал, что после комендатуры они поедут в в\ч 35020.
Я решила, что сама повезу сына в комендатуру, так же с нами поехал сопровождающий. Уже в то время сын стал жаловаться на то, что нога очень сильно болит, на тошноту, был очень бледный. В дороге его дважды вырвало от боли. По прибытии в комендатуру, я не отпустила сына туда, попросила сотрудников выйти и вручить ему предписание в машине, что и было сделано. Было вручено предписание о явке в в\ч 35020 26 января 2024 г.
Таким образом, весь вчерашний день сотрудниками военной комендатуры Иркутского гарнизона грубейшим образом нарушались права моего сына Кочурова Ильи Станиславовича.
Его задержание более, чем на 3 часа, нахождение с его состоянием здоровья без воды, невозможность сходить в туалет из-за труднодоступности, намерение направить на ст. Белая на месяц (срок проведения проверки в пор. ст. 144 УПК РФ), лишение конституционного права на охрану здоровья и на оказание медицинской помощи при подтверждении врачом, что он не годен к воинской службе, грубейшим образом нарушили конституционные права Кочурова И.С. и, кроме того, привели в период реабилитации после сложного оперативного вмешательства к существенному ухудшению и причинению вреда здоровью, что может повлечь очень негативные последствия.
Он, при рекомендациях врачей о строгом соблюдении режима покоя, в течение 4 часов находился в комендатуре, часть времени — в камере. Он был вынужден на костылях подниматься на этажи, его водили по разным кабинетам. Он по предписанию поехал в госпиталь при полном отсутствии в этом необходимости, что подтвердил врач. Там он вновь поднимался на второй этаж, ходил по коридорам, спускался со второго этажа, шёл на костылях по скользкой дороге от отделения до ворот госпиталя.
Немаловажную роль при этом играло то, что всё это время он находился в состоянии психологического стресса. Результатом всего это стали сильные боли, отёк и покраснение ноги, в которой находятся 12 спиц и 3 фиксирующих «штыря», воспаление в месте некроза кожи, уже практически зажившего и повышение температуры. Мы самостоятельно не смогли справиться с болями, в связи с чем 26.01.2024 г в 01 час вызывали скорую помощь.
Доктор осмотрел сына, подтвердил наличие воспаления травмированной ноги, сделал обезболивающий укол и рекомендовал во избежание прогрессирования воспаления срочно обратиться к врачу, который делал операцию (Войцеховский А.А., Иркутская городская клиническая больница № 3, отделение травматологии).
Сегодня с утра сын, вместо того, чтобы начать проходить военно-врачебную комиссию, с утра поехал на приём в ИГКБ №3. Там ему дали заключение о необходимости явки 12 февраля 2024 года для подготовки и проведения операции по демонтажу «подстопника» аппарата Илизарова. В случае нахождения сына в в\ч 35020 на время проведения доследственной проверки, проведение данной операции станет невозможным, что опять же осложнит его состояние.
На сегодняшний день последствия вчерашнего комендатского «беспредела» не известны.
Я уверена, что если сын, находящийся в таком болезненном состоянии, даже и сможет приехать в в\ч 35020, его оттуда уже не отпустят до окончания проверки в порядке ст. 144 УПК РФ. При этом, он там не получит медицинской помощи, которая весьма специфична для людей, находящихся с аппаратом Илизарова, естественно не получит нормальных консультаций оперирующего его врача (ближайшая назначена на 12.02.2024). Он там даже не сможет сходить в туалет в связи с отсутствием унитазов. Всё это повлечёт необратимые последствия и может стать в дальнейшей причиной серьёзных осложнений вплоть до ампутации, чего я как мать, прошу Вас не допустить.
Сын никогда ни от кого не скрывался. Он 11 месяцев пробыл на передовой в районе д.Житловки ЛНР, имеет несколько медалей, в том числе — за воинскую доблесть, грамоты, наградное оружие. Он 11 месяцев не был в отпуске. Когда он получил травму, он в декабре 2023 г. медицинские документы отправил своему непосредственному командиру (позывной Ливсий).
Неужели он, добровольно пошедший на СВО (вместе братом- моим младшим сыном, который был на передовой ранен и полгода проходил лечение), заслужил такое к себе отношение? Он сам приехал вчера в комендатуру, как ему сказали — отметиться. То есть с самого начала со стороны сотрудников комендатуры имел место обман. И я уверена, что если бы я вовремя не отреагировала и не добилась бы беседы с руководством комендатуры, не сообщила бы о предпринятых мной шагах, то он уже вчера был бы в п. Степной.
И подтверждением этому служит так называемая необходимость поездки в госпиталь, в которой как выяснилось не было этой необходимости. Просто была создана видимость законности его нахождения в комендатуре. Неужели, понимая, что человек нуждается в госпитализации, его стали бы несколько часов держать в комендатуре и в том числе- в камере. С каких пор у нас вместо больницы отправляют в камеру?
Это самое огромное унижение, которое можно представить, по отношению к человеку, который добровольно заключил контракт и пошёл защищать интересы РФ, который 11 месяцев, являясь водителем эвакуационного БТРа, вывозил с передовой раненых и спас множество жизней, который имеет государственные награды и ничем ни разу не предал интересы Родины.
P.S. Проверка в порядке ст. 144 УПК РФ «проводится по факту совершения им возможного преступления, предусмотренного ч.5 ст. 337 УК РФ.
По факту незаконного задержания сына и нарушения его прав мной направлено обращение в Администрацию президента РФ Путина В.В., регистрационный номер ID-10761222 от 25/01/2024г.)
Сегодня я подала жалобу на имя губернатора Иркутской области и на личном приёме подала жалобу прокурору Иркутского военного гарнизона.
Рейтинг публикации:
«
Уважаемая Ирина Владимировна, большего удара по СВО нельзя нанести. По нашим военнослужащим на передовой, в тылу, в госпиталях, их родных и близких после такого отношения к травмированному военнослужащему.
Моё мнение таково: в отношении должностных лиц МО и военной прокуратуры должны быть возбуждены уголовные дела с реальным осуждением. Ни в коем случае сына не отпускайте от себя, иначе есть риск остаться сыну без ноги.
Жаль, что Вы не написали про тот позорный ответ из Управления Президента РФ, который вместо того, чтобы взять данную ситуацию на контроль как минимум, а являясь гарантом и Главнокомандующим по максимум обязан был незамедлительно отдать приказ о пресечении противозаконных действий с привлечением виновных лиц к уголовной ответственности в случае подтверждения данных фактов.
Я думаю, что сообществом мы сумеем отстоять жизнь, здоровье и честь нашего защитника-воина Земли Российской!
Уважаемый Евгений Алексеевич, я завтра на эти ответы жалобы хотела бы написать. Вот только куда????
Уважаемая Ирина Владимировна, две обязательно — Генеральному прокурору РФ и Министру обороны РФ! Вдруг они действительно недаром занимают свои должности!
Уважаемая Ирина Владимировна, по моему мнению имеет смысл максимально обратить внимание общественности. Распространение информации в социальных сетях, на форумах, местных новостях и т.п.
Вопрос в следующем участники СВО это для страны кто?
Ответ на этот вопрос заключается в отношении представителей страны к таким участникам.
По моему мнению вполне конкретные «представители страны» действуя в результате неправильно понимаемого «интереса службы» злоупотребляют своими служебными обязанностями, что приводит к причинению существенного вреда в виде дискредитации Российской Армии.
Уважаемый office74, всё совершенно правильно сформулировано! Так и есть!
Уважаемая Ирина Владимировна, поддерживаю Вас!
Как вариант подать жалобу на имя Президента РФ, обжалуя ответы Управления по делам или администрации Президента РФ… Кроме того, можно дополнительно, подать жалобу на имя Министра обороны РФ.
Но, как вариант можно ещё рассмотреть подачу заявления о проведении процессуальных/доследственных проверок о совершении таких преступлений как ст. 286 УК РФ, ст. 293 УК РФ…
Уголовные дела связанные с военнослужащими, включая сотрудников комендатуры, военно следствия, — не мой профиль… Но почему не подать заявление о проведении проверки на предмет совершения указанных преступлений?.. Вы же не утверждаете, а просите провести проверку… В заявлении излагаете факты, подробно расписываете то, как ухудшилось состояние здоровья вашего сына…
Уважаемая Ирина Викторовна, это видимо самый правильный вариант, обращаться нужно с заявлением о преступлении в ВСО СК России по Иркутскому гарнизону и брать талон-уведомление о принятом заявлении о преступлении.
Уважаемый Евгений Алексеевич, Военная прокуратура здесь причем? Она не занимается розыском военнослужащих. Да и в обращении ничего не говорится о каких-то неправомерных действиях со стороны работников военной прокуратуры. Жалоба подана, о какой-либо ответственности прокурорских работников можно будет вести речь в случае их бездействия, формального подхода к разрешению обращения, волокиты
Уважаемый user771067, я уже писал о том, что за время службы не встречал ни одной нормальной военной прокуратуры.
Как то раз восхитился майором прокурором из Тульской прокуратуры, и такая за нами надзирала, который в первый день приезда такую речь задвинул о соблюдении законности в в/ч. Разочарование наступило на следующий день, когда при мне мой знакомый офицер привёз тому самому майору прокурору взятку в виде нового аккумулятора на машину.
Случайно за соблюдением законом и должностными лицами не прокуратура РФ, в которую входит военная прокуратура, контролирует и надзирает, так называемое «Око государево»?
Действительно, при чём тут военная прокуратура?:D